568
Ф. ЭНГЕЛЬС
страх и капральскую заносчивость. В первую половину его царствования преобладающим у него состоянием духа был страх перед Наполеоном, который отнёсся к нему с презрительным великодушием и возвратил ему половину королевства, так как считал, что оно не стоило того, чтобы его удерживать. Подчиняясь этому страху, король разрешил управлять вместо себя партии половинчатых реформаторов — Гарденбергу, Штейну, Шёну, Шарнхорсту и другим, которые положили начало более либеральной организации муниципалитетов, отмене крепостного права, обращению феодальных повинностей в ренту или в определённую сумму, подлежащую выплате в течение 25 лет; но, главное, они положили начало военной организации, которая даёт народу огромную силу и которая рано или поздно будет использована против правительства. Была также «подготовлена» конституция, до сих пор, однако, не появившаяся на свет. Дальше мы увидим, какой оборот приняли дела в Пруссии после поражения французской революции.
Когда «корсиканское чудовище» оказалось, наконец, в надёжном заточении, был немедленно созван в Вене большой конгресс крупных и мелких деспотов, для того чтобы разделить награбленное добро и денежные премии и выяснить, в какой мере может быть восстановлено дореволюционное положение вещей. Народы покупались и продавались, разделялись и соединялись, исходя только из того, что больше отвечало интересам и намерениям их правителей. Только три государства из числа представленных на конгрессе знали, чего они хотели. Англия хотела сохранить и расширить своё превосходство в торговле, удержать львиную долю от ограбления колоний и ослабить все другие государства. Франция хотела по возможности облегчить свою участь и ослабить все другие государства. Россия хотела увеличить свою мощь и территорию и ослабить все другие государства. Все остальные руководствовались сентиментальными соображениями, мелочным эгоизмом, а некоторые даже своего рода нелепым бескорыстием.
В результате Франция расстроила планы крупных германских государств, Россия приобрела добрую часть Польши, а Англия расширила своё господство на море в большей степени путём заключения мира, чем посредством войны, и получила преобладание на всех континентальных рынках, — что не приносит никакой пользы английскому народу, но является источником огромного обогащения для английской буржуазии. Германские государства, которые ни о чём не заботились, кроме своего излюбленного принципа легитимизма, ещё раз были обмануты и потеряли при заключении мира всё то,
