455
ПОЛОЖЕНИЕ РАБОЧЕГО КЛАССА В АНГЛИИ
Она хотела заставить рабочих таскать для неё каштаны из огня и ради неё обжигать себе пальцы. Повсюду стали опять поговаривать о выдвинутом чартистами ещё в 1839 г. лозунге «священного месяца» — о всеобщей забастовке рабочих; но на этот раз не рабочие хотели бастовать, а фабриканты хотели закрыть свои фабрики, распустить рабочих по деревням и натравить их на поместья аристократии, чтобы заставить таким образом парламент и правительство тори отменить хлебные пошлины. Это, разумеется, привело бы к восстанию, но буржуазия оставалась бы в тени и могла бы спокойно ожидать результатов, не компрометируя себя в случае неудачи. В конце июля в делах наступило некоторое улучшение; дальше откладывать было нельзя, и, чтобы не упустить момента, три фирмы в Стейлибридже при улучшающейся конъюнктуре (ср. торговые отчёты Манчестера и Лидса за конец июля и начало августа) вдруг снизили заработную плату; было ли это сделано по собственному побуждению или по соглашению с остальными фабрикантами, и в частности с Лигой, я решать не берусь. Две фирмы, однако, скоро отступили, а третья, фирма Уильям Бейли с братьями, осталась непреклонна; рабочим в ответ на их жалобы было заявлено, что, если это им не нравится, будет, пожалуй, лучше для них некоторое время погулять. На этот издевательский вызов рабочие ответили возгласами возмущения, покинули фабрику и прошли по городу, призывая всех рабочих к стачке. Через несколько часов все фабрики остановились, и рабочие двинулись процессией в Моттрам-Мур, чтобы там провести митинг. Это было 5 августа. А 8 августа они в числе 5 тыс. человек отправились в Аштон и Хайд, остановили все фабрики и угольные шахты и повсюду устраивали митинги, на которых говорилось, однако, не об отмене хлебных законов, как надеялась буржуазия, а «о справедливой заработной плате за справедливый рабочий день (a fair day’s wages for a fair day’s work)». 9 августа они двинулись на Манчестер, вошли в город, не встречая препятствий со стороны представителей власти, которые все принадлежали к либеральной партии, и остановили там все фабрики. 11 августа они пришли в Стокпорт, и здесь впервые им было оказано сопротивление, когда они штурмовали излюбленное детище буржуазии — работный дом. В тот же день в Болтоне начались всеобщая забастовка и волнения, которым власти также не препятствовали; скоро восстание распространилось на все промышленные округа, и все работы, за исключением уборки хлеба и заготовки съестных припасов, были прекращены. Но и восставшие рабочие оставались спокойными. Они были втянуты в это восстание помимо своей воли:
