163
АГРАРНЫЙ ВОПРОС И «КРИТИКИ МАРКСА»
для этой группы от земледелия к промышленности, и уже 103 бланкенлохских крестьянина работают в Карлсруэ как фабричные рабочие. Эти последние вместе со всем почти населением Гагсфельда образуют третью группу (40-50 проц. всего числа дворов). Земледелие здесь уже подсобное занятие, которому посвящают свое время главным образом женщины. Уровень жизни хотя и выше, чем в Бланкенлохе (благодаря влиянию столицы), но нужда уже сильно дает себя знать. Молоко продают, а себе уже покупают отчасти «более дешевый маргарин»
(24). Увеличивается быстро число коз: с 9 в 1855 г. до 93 в 1893 г. «Это увеличение, - пишет Гехт, - может быть объяснено только исчезновением собственно крестьянских хозяйств и разложением (Auflösung) крестьянского сословия в сословие сельских фабричных рабочих с сильно парцеллированным землевладением»
(27). В скобках будь сказано, и во всей Германии число коз с 1882 по 1895 г. возросло в громадных размерах: с 2,4 млн. до 3,1 млн., что ясно указывает на обратную сторону того прогресса «крепкого крестьянства»
, который так воспевают гг. Булгаковы и мелкобуржуазные социалисты-«критики»
. Большинство рабочих пешком ходит за З1/2 килом. на фабрику в город, боясь перерасходовать даже и марку (48 коп.) в неделю на железнодорожный билет. Около 150 рабочих из 300 гагсфельдцев находят даже дорогим для себя обед в «народной столовой»
за 40-50 пфеннигов и получают обед из дому. «Бедные женщины, - сообщает Гехт, - ровно в 11 часов кладут обед в судки и относят на фабрику»
(79). Что касается работниц, то они заняты на фабрике тоже по 10 часов и получают за это всего 1,10-1,50 марки (мужчины - 2,50-2,70 марки) и при поштучной плате 1,70-2 марки. «Некоторые работницы стараются повысить свою скудную плату посредством подсобных занятий; в Бланкенлохе 4 девушки работают в Карлсруэ на бумажной фабрике и берут бумагу на дом, чтобы по вечерам изготовлять из нее бумажные воронки; в вечер с 8 до 11 часов (sic!) делают до 300 мешков, получая за это 45-50 пфеннигов, - добавка к малому
