269
ЗАСЕДАНИЕ ВЦИК 29 АПРЕЛЯ 1918 г.
к социализму, и тов. Бухарин не хочет конкретно остановиться на этом, а вспоминает о том, как мы в левом Циммервальде 112 сидели и писали против него, но это было время царя Гороха, и вспоминать это теперь, полгода спустя после существования Советской власти, и после опытов, что мы сделали, что могли после того, как экспроприировали, конфисковали и национализировали, после этого вспоминать, что мы писали в 1915 г., - это смешно... Теперь мы не можем не ставить вопроса о государственном капитализме и социализме, о том, как вести себя в переходной эпохе, - тут при Советской власти кусочек капитализма и социализма существует рядом. Этого вопроса тов. Бухарин не хочет понять, - и мне думается, что мы не можем его выкинуть сразу, и тов. Бухарин не предлагает выкинуть и не отрицает, что этот государственный капитализм выше того остатка мелкособственнических настроений и экономических условий жизни и быта, которые очень велики, и чего не опроверг тов. Бухарин, - да этого и нельзя опровергнуть, не забыв слова: марксист.
И стоять на точке зрения Ге смешно, что пролетариат зачумлен в Европе, что в Германии пролетариат испорчен 113. Эта точка зрения национальной дикости, такой тупости, что уже и не знаю, куда идти дальше. Пролетариат в Европе нисколько не больше зачумлен, чем в России, а трудней там начало революции потому, что там нет во главе власти ни идиотов, вроде Романова, ни хвастунов, вроде Керенского, а есть серьезные руководители капитализма, чего в России не было.
Я перейду, наконец, к главным возражениям, которые со всех сторон сыпались на мою статью и на мою речь. Попало здесь особенно лозунгу: «грабь награбленное», - лозунгу, в котором, как я к нему ни присматриваюсь, я не могу найти что-нибудь неправильное, если выступает на сцену история. Если мы употребляем слова: экспроприация экспроприаторов, то - почему же здесь нельзя обойтись без латинских слов? (Аплодисменты.)
