290
В. И. ЛЕНИН
утомление, которое наступает вслед за тем, как прошло разнообразное зрелище картин волшебного фонаря, и хотя мы признаем за каждым отдельным представлением его ценность, все же у нас возникает вопрос, какова же конечная цель всех этих единичных событий, исчерпывается ли каждое своей особой целью, или, напротив, мы должны мыслить себе одну конечную цель всех этих происшествий; не происходит ли под громким шумом этой поверхности работа и созидание какого-то произведения, внутреннего, тихого и тайного произведения, в котором сохранена существенная сила всех этих преходящих явлений? Но если не привносить во всемирную историю с самого начала мысль, разумное познание, то должно к ней подходить, по крайней мере, с крепкой несокрушимой верой в то, что в ней присутствует разум, или по крайней мере в то, что мир интеллекта и самосознающей себя воли не является жертвой случая, а должен обнаруживаться в свете знающей себя идеи» (73-74)* [69]**. ((NB: в предисловии, стр. XVIII [431] издатель, то есть редактор Ed. Gans указал, что достр . 7 3 написана Гегелем в 1830 г. рукопись - «Ausarbeitung»***.))
* Hegel. Werke, Bd. IX, Berlin, 1837. Ред.
** Гегель. Сочинения, т. VIII, М.-Л., 1935. Ред.
*** - «обработка». Ред.
