159
О ЛОНДОНСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ
года, член МСБюро от нашей партии, живущий постоянно в Лондоне). Председатель перебивает, ссылаясь на приглашение всех, «чьи имена известны». Я протестую вторично против неизвещения действительных представителей. Затем ссылаюсь на наш Манифест (см. «Социал-Демократ» № 33: «Война и российская социал-демократия») *, дающий общее отношение к войне и посланный в МСБюро. Прежде чем говорить об условиях мира, надо выяснить, какими средствами будем добиваться его, а для этого необходимо установить, есть ли общая революционная социал-демократическая база, совещаемся ли мы, как шовинисты, пацифисты или социал-демократы. Читаю нашу декларацию, но председатель не дает мне кончить, заявляя, что мое положение, как делегата, еще не выяснено (! !) и что они собрались «не для критики разных партий» (! ! !). Я заявляю, что продолжу свою речь после доклада мандатной комиссии». (Текст декларации, который не дали прочесть нам, печатается в следующем номере.)
«Краткие заявления об общей позиции делают Вальян, Вандервельде, Макдональд, Рубанович. Затем по докладу мандатной комиссии Майскому предлагается самому решить, может ли он единолично представлять OK, а мне «разрешается» участвовать. Я благодарю конференцию за «любезность» и хочу продолжать декларацию для выяснения того, могу ли я остаться. Председатель перебивает, не разрешая ставить «условия» конференции. Тогда я прошу разрешения сообщить, по каким мотивам я не буду участвовать в конференции. Отклонено. Тогда позвольте заявить, что РСДРП в конференции не участвует, а о причинах оставляю письменную декларацию у председателя. Собираю бумаги и ухожу...
Председателю было передано заявление председателя ЦК Латышской социал-демократии (Берзина), что он всецело присоединяется к нашей декларации».
Делегатам конференции запрещено сообщать что-либо печати, но к уходу тов. Максимовича это,
* См. настоящий том, стр, 13-22. Ред.
