245
НАЦИОНАЛ-ЛИБЕРАЛЫ
же, сколько с Пуришкевичами. И тогда они готовы забыть «старые счеты» с реакционерами и работать рука об руку с ними над созданием «великой» капиталистической России.
От октябристской партии этих людей отделяет то, что в последней слишком силен помещичий элемент и то, что она до бессилия покладиста. От кадетской партии их отделяет неприязнь к демагогическим заигрываниям кадетов с демократией. Кадетские фальшивые разговоры о всеобщем избирательном праве, о принудительном отчуждении земли (хотя бы и с выкупом) этим «сурьезным» конституционалистам кажутся совершенно излишними и недопустимыми.
Национал-либералы режут напрямки: не надо бояться обвинений в «потворстве реакционным силам», надо прямо бороться против «призывов к захвату помещичьих земель» и «разжиганья ненависти к имущим классам»; в вопросах «военной мощи» не должно быть ни правых, ни левых:
«Мы вернулись на родину... Русская армия это... наша армия... Русский суд это не Шемякин суд, а наш... Русское внешнее могущество - это не тщеславная прихоть бюрократии, это наша сила и радость». (См. программные заявления «Русской Молвы».)
Национал-либералы несомненно имеют известное «будущее» в России. Это будет партия «настоящей» капиталистической буржуазии, какую мы видим и в Германии. Чисто интеллигентские, мало-«почвенные» либеральные элементы остаются у кадетов. Национал-либералы получают себе таких идеологов, как Струве, Маклаков, Протопопов, Ковалевский и других, давным-давно стоящих уже одной ногой в реакционном лагере. К ним же безусловно примкнут и умереннейшие «шиповские» земско-помещичьи элементы, тоже стоящие за узкоцензовую конституцию, - «конституцию» для богатых. (Недаром г. Струве недавно вспомнил с такой любовью о г. Шилове...)
Мечты «прогрессистов» о «сильной власти», ведущей либеральную политику, на ближайшее время, конечно, неосуществимы. Именинниками остаются Хвостовы и
