57
СТАРОЕ И НОВОЕ
создавшееся после трехлетия бури и натиска (т. о. после 1905-1907 годов), то, по моему мнению, не было бы неправильно сказать: «наше теперешнее положение приблизительно такое же, что и в начале девятисотых годов». Если же подобное положение выставляется без предварительной, точной, ясной, определенной оценки момента и оценки задач, тогда оно, конечно, неверно.
Старые задачи, старые методы их решения, новые приемы подготовки к решению - вот как можно бы было, на мой взгляд, передать приблизительно ответ, данный три года тому назад. Участие в III Думе, которое так горячо и так правильно защищает Ник. Николин, представляется, с точки зрения этого ответа, безусловно необходимым. То «течение», которое отрицает это участие или до сих пор колеблется прямо, ясно, без всяких обиняков высказаться за участие в III Думе, всуе приемлет имя рабочей демократии. На деле это течение стоит вне ее, будучи «законным оттенком» анархистского круга идей, а отнюдь не марксистского.
Возьмем вопрос о «надстройке». «Раньше могло казаться, - пишет Ник. Николин, - что бюрократия является единственным и главным врагом «всей России», - теперь этого уже никто не думает... Мы знаем достаточно хорошо, что Марковы, Крестовни-ковы, Волконские, Пуришкевичи, Гучковы, Хомяковы, Авдаковы и пр. - все это представители той социальной среды, откуда бюрократия почерпает свои силы и получает мотивы для своей деятельности».
Вполне верно и чрезвычайно ценно здесь подчеркивание Ник. Николиным связи «бюрократии» с верхами торгово-промышленной буржуазии. Отрицать эту связь, отрицать буржуазный характер современной аграрной политики, отрицать вообще «шаг по пути превращения в буржуазную монархию» могут только люди, совершенно не вдумывавшиеся в то новое, что принесено первым десятилетием XX века, совершенно не понимающие взаимозависимости экономических и политических отношений в России и значения III Думы.
