153
АГРАРНАЯ ПРОГРАММА С.-Д. В РУССКОЙ РЕВОЛЮЦИИ
надельных земель. Джон, докладчик сторонников муниципализации, воскликнул: «Мы имели бы не одну Вандею 80, а всеобщее восстание крестьянства» (какой ужас!) «против попытки вмешательства государства в распоряжение собственными крестьянскими надельными землями, против попытки их «национализировать»» (стр. 40 Протоколов Стокгольмского съезда). Костров воскликнул: «Идти к крестьянам с нею (национализацией), значит оттолкнуть их от себя. Крестьянское движение пойдет помимо или против нас, и мы очутимся за бортом революции. Национализация обессиливает социал-демократию, отрезывает ее от крестьянства и обессиливает, таким образом, и революцию» (стр. 88).
Кажется, что это ясно. Крестьяне относятся враждебно к национализации, - вот главный аргумент меньшевиков. И если это правда, то разве не очевидно, что смешно совершать... «крестьянскую аграрную революцию» вопреки крестьянам?
Но правда ли это? В 1905 году П. Маслов писал: «Национализацию земли, как средство для решения аграрного вопроса, в настоящее время в России нельзя признать прежде всего (заметьте это «прежде всего») потому, что она безнадежно утопична»... «Но разве крестьяне согласятся»? (П. Маслов, «Критика аграрных программ», 1905 г., стр. 20).
А в 1907 г., в марте: «Все народнические группы (трудовики, народные социалисты, социалисты-революционеры) высказываются за национализацию земли в той или другой форме» (журнал «Образование» 81, 1907 г., № 3, стр. 100). И кто же писал это? Тот же самый П. Маслов!
Вот вам и новая Вандея! вот вам и восстание крестьян против национализации! И вместо того, чтобы честно признать свою ошибку, вместо того, чтобы экономически исследовать, почему крестьяне должны были высказаться за национализацию, Маслов поступил как Иван Непомнящий. Он предпочел забыть свои собственные слова и все речи на Стокгольмском съезде.
Мало того. Чтобы замести следы «неприятного случая», Маслов придумал сплетню о трудовиках, будто
