149
ПРОЕКТ РЕЧИ ПО АГРАРНОМУ ВОПРОСУ ВО ВТОРОЙ ГОС. ДУМЕ
я условился по 50 десятин оставить на каждого помещика, чтобы никого не обездоливать!) - тот не стоит за крестьян, тот не хочет действительной помощи крестьянам. Ибо если вы позволили затемнить или отодвинуть вопрос о всей помещичьей земле, так тогда все дело ставится под вопрос. Тогда спрашивается: кто же будет определять, какую долю помещичьей земли отдать крестьянам?
Кто будет определять? И 9 миллионов десятин из 79 - тоже «доля» и 70 миллионов десятин - «доля». Кто будет определять, если не определим мы, если не скажет ясно и решительно Государственная дума?
Депутат Кутлер недаром умолчал об этом вопросе. Депутат Кутлер щеголял словом: «принудительное отчуждение».
Господа, не давайте себя увлечь словами! Не обольщайтесь красивой фразой! Смотрите на суть дела!
Когда мне говорят: «принудительное отчуждение», я спрашиваю себя: кто кого принудит? Если миллионы крестьян принудят подчиниться интересам народа кучку помещиков, тогда это очень хорошо. Если кучка помещиков принудит миллионы крестьян подчинить свою жизнь корысти этой кучки, тогда это очень плохо.
И вот этот-то маленький вопрос сумел совсем обойти депутат Кутлер! Своим рассуждением о «неосуществимости» и о «политических условиях» он, по существу дела, даже звал народ примириться с тем, что он подчинен кучке помещиков.
Депутат Кутлер говорил непосредственно вслед за моим товарищем Церетели. А Церетели в декларации нашей социал-демократической фракции сделал два вполне определенных заявления, которые ясно решают именно этот, коренной и главный, вопрос.
Первое заявление: передача земель демократическому государству. Демократический это значит такой, который выражает интересы народной массы, а не интересы кучки привилегированных. Мы должны прямо и ясно сказать народу, что без демократического государства, без
