257
СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЯ И ВЫБОРЫ В ДУМУ
мандаты нельзя поставить на одну доску с правильными, никем не оспоренными.
Какие мандаты оспаривались? Такие, при получении которых были допущены неправильности, например, не было контроля со стороны членов контрольной комиссии, не было дискуссий (обсуждения) до голосований, не было голосований «по платформам» (т. е. не было опроса всех голосующих, стоят ли они за соглашения с кадетами или против). Неправильные мандаты нельзя признать демократически полученными.
Теперь спрашивается, как же было поступить с оспоренными мандатами? Разобрать в отдельности каждый случай было невозможно. Для этого пришлось бы просидеть лишний день, а у конференции было времени в обрез: едва-едва поспели к тому сроку, когда рабочие должны были отправляться на выборы уполномоченных (7-го января).
Оставался один выход: повысить «норму представительства» для всех оспоренных мандатов, т. е. считать для них по одному мандату не на каждые 50, а на каждые 75 голосов. Такой прием был принят по 3-м соображениям: 1) он устранял произвол и взаимное раздражение при оценке отдельных спорных мандатов; 2) он ставил в одинаковые условия мандаты, оспоренные той или другой стороной; 3) он основывался на решении ПК, принятом задолго до конференции, - именно: ПК решил, что в тех случаях, когда демократические выборы на конференцию совершенно неосуществимы (например, нельзя по полицейским условиям созвать собрания), допустить представителей, выбранных не вполне демократически, но при этом повышать норму представительства, т. е. допускать 1 не от 50, а от 75, от 100 и т. п.
Возьмите теперь число оспоренных и неоспоренных голосов. От неоспоренных, считая 1 делегата на 50 голосов, имеем: 37 большевиков и 16 меньшевиков. От оспоренных, считая 1 делегата на 75 голосов, имеем: 4 большевика и 12 меньшевиков. Итого 41 большевик (плюс 1 от военной организации, где демократические выборы невозможны) и 28 меньшевиков.
