140
В. И. ЛЕНИН
Каутский не находит ничего удивительного в тактике «бланкизма» и «анархизма». Не правда ли, как поучительно подумать над этим товарищу Плеханову и всем меньшевикам?
«Нет ничего удивительного, — пишет дальше Каутский, — если большинство наших русских товарищей, вместо вступления в избирательную кампанию, чтобы затем попасть в Думу, сочли более целесообразным бороться с целью сорвать эту Думу и добиться учредительного собрания».
Вывод отсюда ясный. Конкретные исторические вопросы марксисты должны решать на основании внимательного разбора всех политических условий момента, а не на основании голых фраз о противоположности бланкизма-анархизма и т. п.
В то время, как у нас становится модой среди с.-д. повторять вслед за кадетами, что бойкот был ошибкой, Каутский, разбирая вопросы вполне беспристрастно, и в мыслях не имеет ничего подобного такому заключению. Он не торопится преклониться рабски перед фактом созыва Думы, хотя пишет уже в такое время, когда неудача попытки «сорвать Думу» стала фактом. Но Каутский не из тех, кто после каждой неудачи (хотя бы, напр., неудачи декабрьской) торопится каяться и признавать «ошибку». Каутский знает, что неудачи в борьбе пролетариата далеко, далеко не всегда означают его «ошибки».
Другое важное место в брошюре Каутского касается вопроса о том, кто, т. е. какие классы или группы общества, могут победить в современной русской революции. «Крестьяне и пролетариат, — пишет Каутский, — будут все энергичнее и бесцеремоннее» (запомните это, товарищи из «Невской Газеты», одобрявшие кадетскую «мудрость»!) «толкать влево членов Думы, будут все больше укреплять ее левое крыло, все больше ослаблять и парализовать своих противников, пока они совсем их не победят» (стр. 8).
Итак, Каутский ждет, что победят в современной русской революции крестьяне и пролетариат. Не объяс-
